![[info]](http://p-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
4/20/08 04:40 pm - В ответ на это
Польза (функция) построек в принципе осталась прежней, поскольку физиологически человек пока еще никак не изменился.
Человек, конечно, не изменился, но функция меняется. Возьмем торговлю - при том, что сохраняются архаичные формы торговли, основная ее масса производится по принципиально иным технологиям, чем прежде. Универмагу всего лишь 150 лет, шоппинг-моллу - 45. И вот оно влияние интернета: сама функция торговли постепенно изменяется, доля всяких e-bay и молотков из года в год увеличивается и, в полном соответствии с коолхасовским "Гарвардским путеводителюем по торговле", магазины превращаются в музеи, куда покупатель приходит, чтобы потрогать, а не купить, потому что купит он после, через компьютер.
Или библиотека в Сиэтле , которая раскрутилась по спирали по воле того же Коолхаса, посчитавшего, что каталог от А до Z должен быть непрерывным. Это не изменение функции самой библиотеки, но изменение архитектурной типологии (и как следствие - формы), хотя и изменение функции библиотеки в современном мире тоже происходит (Александрийская хранит интернет-страницы, наша Президентская - электронные файлы).
Я уже писал как-то, что архитектура меняется в ответ на три основных вызова: социальный, технологический и художественный (сиречь: польза, прочность, крастота), и что появление архитектурного модернизма стало ответом на появление социалистических идей в обществе, каркаса и железобетона в строительстве, нефигуративной живописи в искусстве. Так вот, с тех пор (с середины XIX - начала ХХ веков) все эти три вызова изменились, а архитектура осталась прежней.
Сегодняшняя архитектура уже может не базироваться на стоечно-балочной системе, поскольку технологии позволяют перейти к более органичной (но, пока(!) менее привычной) форме, нежели коробка. Функции, как отражение социальных потребностей, тоже меняются. А красота... "Целующиеся милиционеры", в конце концов, предлагают несколько иную эстетику, чем та, к которой мы привыкли.
Человек, конечно, не изменился, но функция меняется. Возьмем торговлю - при том, что сохраняются архаичные формы торговли, основная ее масса производится по принципиально иным технологиям, чем прежде. Универмагу всего лишь 150 лет, шоппинг-моллу - 45. И вот оно влияние интернета: сама функция торговли постепенно изменяется, доля всяких e-bay и молотков из года в год увеличивается и, в полном соответствии с коолхасовским "Гарвардским путеводителюем по торговле", магазины превращаются в музеи, куда покупатель приходит, чтобы потрогать, а не купить, потому что купит он после, через компьютер.
Или библиотека в Сиэтле , которая раскрутилась по спирали по воле того же Коолхаса, посчитавшего, что каталог от А до Z должен быть непрерывным. Это не изменение функции самой библиотеки, но изменение архитектурной типологии (и как следствие - формы), хотя и изменение функции библиотеки в современном мире тоже происходит (Александрийская хранит интернет-страницы, наша Президентская - электронные файлы).
Я уже писал как-то, что архитектура меняется в ответ на три основных вызова: социальный, технологический и художественный (сиречь: польза, прочность, крастота), и что появление архитектурного модернизма стало ответом на появление социалистических идей в обществе, каркаса и железобетона в строительстве, нефигуративной живописи в искусстве. Так вот, с тех пор (с середины XIX - начала ХХ веков) все эти три вызова изменились, а архитектура осталась прежней.
Сегодняшняя архитектура уже может не базироваться на стоечно-балочной системе, поскольку технологии позволяют перейти к более органичной (но, пока(!) менее привычной) форме, нежели коробка. Функции, как отражение социальных потребностей, тоже меняются. А красота... "Целующиеся милиционеры", в конце концов, предлагают несколько иную эстетику, чем та, к которой мы привыкли.
